По данным Госкомимущества со ссылкой на Национальное кадастровое агентство, в первом квартале 2026 года продан 431 такой дом. Причём схема максимально упрощена: 262 объекта ушли без аукциона, ещё 169 – через торги.
Почти половина сделок – по символической цене. 248 домов продали всего за одну базовую величину.
География спроса распределяется неравномерно. Лидирует Минская область – 118 домов. Далее идут Гродненская – 107, Могилёвская – 64, Брестская – 61, Витебская – 60. В Гомельской области спрос заметно ниже – 21 дом.
По сути, пустующие дома превращаются в доступный массовый продукт. Их покупают под дачи, под переезд за город или как заготовку для ремонта «под себя».
Почему на них есть спрос
Причины интереса довольно прагматичные.
Во-первых, цена. Дом за одну базовую величину – это предложение, которое сложно игнорировать даже с учётом вложений в ремонт.
Во-вторых, простые условия сделки. Многие объекты продаются без сложных процедур, а реестр пустующего жилья остаётся доступным инструментом.
В-третьих, география. Для жителей приграничных регионов такие покупки выглядят особенно логично.
Кто покупает – главный вопрос без ответа
На фоне роста продаж всё чаще звучит версия, что такие дома активно скупают россияне. Иногда речь идёт даже о «значительной доле».
Однако проверить это по открытым данным невозможно.
Государственная статистика показывает количество сделок, регионы и формат продаж, но не раскрывает гражданство покупателей. Кто именно приобретает эти дома – остаётся за рамками официальной отчётности.
Это означает, что любые утверждения о «доле россиян» – не более чем предположения.
При этом сами сделки для иностранцев не ограничены. Россияне, как и другие иностранные граждане, могут участвовать в аукционах, покупать дома напрямую и пользоваться реестром пустующего жилья. Такие покупки возможны и происходят.
Откуда взялся тезис про россиян – «скупают целыми деревнями»
Версия о том, что россияне активно заходят на этот рынок, в основном живёт в медиа и обсуждениях. Часто она строится на отдельных кейсах или наблюдениях, но не подкрепляется системной статистикой.
Иными словами, речь идёт скорее о впечатлении, чем о подтверждённой тенденции.
Отдельно обсуждается и ещё одна гипотеза – использование недвижимости как инструмента для оформления активов, в том числе в связке с автомобилями и попытками обойти российский утилизационный сбор.
Но и здесь нет подтверждённых данных. Такие мотивы не отражены в официальной статистике, а публичных расследований, которые бы это доказывали, нет.
Рынок есть – кто его формирует, неизвестно.
Факты выглядят достаточно чётко. Пустующие дома в Беларуси действительно продаются активно и часто – по минимальной цене. Иностранцы, включая россиян, могут участвовать в этих сделках без ограничений.
Но при этом ключевой параметр рынка остаётся закрытым – неизвестно, кто именно формирует спрос.
Поэтому говорить о том, что россияне «массово скупают» такие дома, преждевременно. Гораздо точнее другая формулировка: рынок дешёвой недвижимости растёт, интерес высокий, а структура покупателей до сих пор не раскрыта.
