На первый взгляд, это обычная трудовая статистика. Кто-то не вышел на работу, нарушил дисциплину, получил увольнение. Но в беларусских реалиях после 2020 года такая формулировка давно перестала быть однозначной.
По информации телеграм-канала Банки24, в первом квартале 2026 года по этой причине работу потеряли 8388 человек. Для сравнения: за тот же период 2025 года таких увольнений было 8542.
Почему статистика о «прогулах» в Беларуси уже не выглядит нейтральной
Потому что за словами «прогул и другие нарушения» сегодня может скрываться не только бытовая история про сотрудника, который не вышел на смену. Иногда за этим стоит ИВС.
Беларусское законодательство позволяет уволить работника не только за классический прогул – то есть отсутствие на рабочем месте более трёх часов без уважительных причин. В статье 42 Трудового кодекса отдельно указано ещё одно основание: отсутствие на работе в связи с отбыванием административного взыскания в виде административного ареста, если этот арест мешал выполнять трудовые обязанности.
Как административный арест может привести к увольнению
Иначе говоря, если человека задержали, суд отправил его на административный арест, он несколько суток провёл в ИВС и физически не мог выйти на работу – после освобождения его могут уволить. Не вопреки закону, а по закону.
Эта норма действует с 30 июня 2021 года. Юридические издания прямо объясняли её смысл: наниматель вправе расторгнуть трудовой договор с работником, если тот отсутствовал на работе из-за административного ареста.
Именно поэтому статистика об увольнениях за «прогулы и другие нарушения» в сегодняшней Беларуси читается уже совсем иначе.
Задержание, ИВС и потеря работы – как работает эта цепочка
После 2020 года административный арест стал одним из инструментов давления. Людей задерживают за участие в протестах, старые фотографии, комментарии, подписки, репосты, символику, обвинения в «экстремизме». Часто речь идёт не о новых действиях, а о следах прошлого – о том, что человек делал или писал несколько лет назад.
Для государства это может быть административное дело. Для человека – несколько суток в ИВС. Для работодателя – отсутствие сотрудника на рабочем месте. А для отдела кадров – готовое основание для увольнения.
Так и появляется цепочка, которая за последние годы стала для Беларуси, слишком узнаваемой: задержание, суд, ИВС, возвращение домой и риск остаться без работы.
Почему формально все выглядит законно
Формально всё выглядит аккуратно. Работник отсутствовал. Административный арест мешал ему выполнять трудовые обязанности. Наниматель воспользовался правом расторгнуть трудовой договор. Кадровые инструкции даже описывают порядок действий: зафиксировать неявку, отразить отсутствие в табеле, получить подтверждение причины, оформить документы.
Но за этой бюрократической чистотой скрывается главное: человек может потерять работу не потому, что он «прогульщик», а потому что государство сначала лишило его свободы, а затем дало работодателю законный механизм лишить его заработка.
Почему невозможно понять реальные масштабы таких увольнений
Белстат и официальная статистика не раскрывают, сколько именно увольнений из категории «прогул и другие нарушения дисциплины» связаны с административными арестами. Поэтому утверждать, что все 8388 человек в первом квартале 2026 года стали жертвами политического давления, нельзя.
Но и воспринимать эти цифры как обычную статистику о трудовой дисциплине тоже уже сложно.
Категория слишком широкая. В ней могут быть реальные прогулы, появление на работе в нетрезвом виде, отказ выполнять законные распоряжения руководства, систематические нарушения. Но в ней же могут быть и люди, которые не вышли на работу потому, что сидели в ИВС.
Чем отличается обычный прогул от отсутствия после ареста
И в этом – принципиальная разница.
Обычный прогул – это выбор работника. Административный арест – это принудительная изоляция. Но в трудовой статистике оба случая могут оказаться рядом, под одной сухой формулировкой: «уволен за прогул и другие нарушения исполнительской и трудовой дисциплины».
Для человека последствия в обоих случаях могут быть одинаково тяжёлыми: потеря работы, дохода, стажа, репутации и часто – проблемы с новым трудоустройством. Особенно если речь идёт о бюджетной сфере, госпредприятиях, образовании, медицине, крупных организациях или небольших городах, где информация о задержании быстро становится известной.
В итоге административный арест перестаёт быть наказанием только на несколько суток. Для многих он превращается ещё и в механизм социального выдавливания: человек выходит из ИВС уже с риском потерять работу, а иногда – уже без неё.
Что на самом деле означают тысячи увольнений в статистике 2026 года
Именно поэтому цифры Банки24 важны не сами по себе, а как повод посмотреть на официальную статистику шире. В первом квартале 2026 года – 8388 увольнений за прогулы и нарушения. В первом квартале 2025-го – 8542. Это не единичные случаи и не случайные кадровые эпизоды. Это тысячи людей за три месяца.
Сколько среди них тех, кто действительно сорвал дисциплину? Сколько – тех, кто был уволен после административного ареста? Сколько – тех, кого таким образом выдавили с рабочего места после задержания или политического давления?
Официальная статистика на эти вопросы не отвечает.
Но на один вопрос законодательство уже фактически ответило: может ли ИВС закончиться увольнением? Да, может.
И в этом главный смысл этих цифр. В Беларуси после 2020 года «уволен за прогулы и нарушения» может означать не только трудовой проступок. Иногда это может быть продолжение репрессии – только уже не в суде, а на рабочем месте.
